Полевые работы: сколько стоит вырастить футболиста для «Спартака»

Полевые работы: сколько стоит вырастить футболиста для «Спартака»

Полевые работы: сколько стоит вырастить футболиста для «Спартака»26.04.2018 Настраиваясь на домашний чемпионат мира, Россия озаботилась проблемой подготовки футболистов для сборной страны. Так, с сезона 2015/16 в премьер-лиге действует жесткое ограничение на легионеров – не больше шести иностранцев на поле, плюс пять россиян. Лимит мотивирует клубы вкладываться в подготовку молодых игроков, а нестабильная экономика, урезающая бюджеты команд, превращает эти инвестиции в необходимость. Сколько стоит вырастить футболиста для топ-клуба и сборной, Forbes узнал у директора спартаковской академии Дмитрия Сидорова.  

— В 2010 году Леонид Федун рассказывал Forbes, что потратил на строительство инфраструктуры для футбольной школы «Спартака» около $40 млн. Что сейчас представляет из себя актив «Академия «Спартак» имени Федора Черенкова»? 

— Наш главный капитал — это тренерские кадры, поэтому мы №1. А что касается материальной базы, то у нас шесть открытых искусственных полей разного уровня, три из них — с подогревом. Основное поле имеет сертификат ФИФА, там проводятся матчи Юношеской лиги УЕФА. Плюс манеж. Плюс спортивный городок с площадками для теннисбола, тренировок вратарей и других занятий. Есть тренажерный зал, столовая, медицинские кабинеты, залы для теории и гостиница на 50 человек. Правда, там редко бывает полная загрузка. С проживанием в академию могут быть зачислены футболисты не младше 12 лет, потому что мы считаем, что дети должны жить в семье. Но есть сильные иногородние ребята, которых клуб не хочет потерять, есть талантливые мальчишки из Москвы, у которых сложные семейные обстоятельства, — они могут жить в академии и учиться в гимназии по соседству.

— Натуральных полей в академии нет? 

— В наших широтах это бессмысленно. К тому же большинство детских и юношеских турниров проводятся на искусственных полях.  

— Сколько детей занимается в академии и какой штат сотрудников? 

— В среднем около 250 мальчишек. Этой осенью мы набрали группу 2011 года рождения — это наш младший возраст. Штат сотрудников академии — 54 человека, в том числе 23 тренера и четыре селекционера. Кроме того, у нас есть своя скаутская сеть из 18 человек по всей стране. Не охвачены, пожалуй, только самые удаленные от Москвы или «нефутбольные» регионы. Если мы получаем от скаутов на местах информацию о каком-то одаренном ребенке, наш селекционер выезжает на место, чтобы собрать максимум информации и принять решение о просмотре мальчика в академии. 

— Какой у вас конкурс при приеме? 

— Бывали катастрофические годы, когда на отбор по младшему возрасту приходило около 60 детей. Сейчас дни открытых дверей собирают от 1000 до 2000 мальчишек — под 200 на каждый из младших возрастов, которые мы принимаем. В 2017-м из 179 шестилеток мы взяли 16. Получается, 11 человек на место. Раньше мы набирали группы по 20 человек, но сейчас несколько изменили концепцию — хотим, чтобы тренеры могли больше времени и сил уделять индивидуальной работе, поэтому сокращаем группы до 12-16 детей. 

 — В академии есть платные группы? 

— Нет. Клуб как наш учредитель полностью обеспечивает всех, кто занимается в академии. Тренировки, питание, экипировка, турниры. Но этой осенью мы запустили новый проект — Spartak City Football Academy — как раз для тех, кто по каким-то причинам нам не подошел, но хочет играть в футбол за «Спартак». Например, мы не занимаемся подготовкой совсем маленьких детей. Хотя иногда звонят родители и просят забрать в интернат их одаренного четырехлетнего (!) мальчика. Но мы живем по средствам и не можем вкладываться в неизвестность, а в этом возрасте крайне сложно предсказать футбольное будущее ребенку. Зато в проекте Spartak City Football Academy есть группы для малышей.

 — Платные. 

— Да, конечно. 5-8-14 тысяч в месяц в зависимости от возраста и интенсивности занятий. Ребята из City Football взяли европейский опыт – например, ПСЖ футбольную подготовку малышей тоже вывел на аутсорс, и пришли к нам с готовой бизнес-формулой. У них своя инфраструктура: 8 открытых площадок и 3 закрытых – с искусственных покрытием в бывшем теннисном центре. И тоже, кстати, в Сокольниках. От нас они получили бренд в название, а с ним – и потенциальную аудиторию. Кроме того, методика тренировок полностью с нами согласована, а все тренеры прошли стажировки в нашей академии. 

 — Что в этом партнерстве получил «Спартак»? 

— Во-первых, возможность не потерять детей, которые по каким-то причинам не попали в академию, но хотят играть в «Спартаке». Через какое-то время они, возможно, вернутся к нам, но уже более подготовленными. Плюс мы получим осознанных родителей, которые понимают, нужен ли им сын-футболист. Во-вторых, есть финансовая составляющая. «Спартак» получает процент с доходов проекта. Озвучивать конкретную цифру не буду, но мы практически в равных долях, учитывая расходы создателей City Football. Мне это направление кажется очень перспективным. Проект работает с сентября, а там уже регулярно занимаются 170 детей.  

— Как еще зарабатывает академия «Спартак»? 

— В июле мы проводим футбольный лагерь. Две смены по 80 детей. Стоимость путевки 38 900 рублей. Планируем развивать это направление, в том числе по причине все чаще поступающих запросов из других стран. Прорабатываем и возможность проведения лагерей на аутсорсинге под нашим методическим контролем. Это, конечно, небольшой доход, копейки в рамках бюджета, но это важно. Плюс это помогает бороться с нечистоплотными компаниями, которые организуют подобные лагеря под нашим именем. Еще один источник дохода — компенсации за воспитание футболистов. Если выпускник клубной академии заключает первый профессиональный контракт с другим клубом, то подписавший его должен выплатить школе (или школам), где его вырастили, определенную сумму. Регламент ее определяет в размере от 25 000 до 50 000 рублей за год обучения, так что в среднем мы получаем около 2 млн рублей в год.  

— И сколько выпускников академии «Спартак» становятся профессиональными футболистами? 

— Около 75% продолжают карьеру. У нас лучший показатель в стране. Спартаковское футбольное образование сродни диплому МГУ. 

— Насколько выплаты за игроков компенсируют затраты на то, чтобы их вырастить? 

— Не компенсируют. В среднем по стране – учитывая и государственные, и частные футбольные школы – затраты на одного ребенка в год составляют от 300 000 до 600 000 рублей. Цифры очень сильно зависят от региона (разный уровень зарплат, аренды и т.д.), от наличия инфраструктуры и прочих факторов. Младшие возраста больших затрат не требуют, а вот с ребятами постарше, которым нужны спарринги, турниры, уже совершенно другие расходы.  

— Поэтому Леонид Федун в своем революционном интервью «Спорт-Экспрессу» предложил вычислять компенсацию не от трансферной стоимости футболиста, а от его зарплаты. И даже высчитал, что в таком случае переход Артема Дзюбы в «Зенит» покрыл бы 35-40% годового бюджета спартаковской академии. Официальной информации по зарплатам в российском футболе нет — а сколько составляет бюджет академии? 

— Мы не раскрываем цифры. Каждый год мы рассчитываем предполагаемые расходы и защищаем бюджет у руководства. За последние годы он рос, но очень незначительно — буквально за счет индексации зарплат или закупки какого-то необходимого оборудования. Могу сказать, что некоторые государственные школы озвучивают бюджет в 200 млн рублей. И это очень хорошие цифры, многие клубные академии о таком могут только мечтать.  

— Самая богатая футбольная школа в России – это «Краснодар» или «Зенит»? 

— Мы не комментируем конкурентов.

— Но Академия «Спартак» входит в тройку по бюджету? 

— В пятерку. 

 — Что составляет основную часть расходов? 

— Около 25% — содержание инфраструктуры, участие в турнирах — 10%, зарплаты — 30%. Плюс экипировка ­— 10%, питание, транспорт, перелеты, медицина и т.д. 

— В 2010 году Леонид Федун вслух мечтал, чтобы академия каждый год поставляла хотя бы одного игрока главной команде. Как сейчас формулируется задача футбольной школы? 

— Нужно еще быстрее давать классных, индивидуально сильных игроков, ну а защитники — вообще на вес золота. Уже четыре года подряд Московская федерация признает нашу академию лучшей среди столичных школ: мы выигрываем главный турнир региона — Клубную лигу. Кроме того, наши команды регулярно побеждают в общероссийских соревнованиях, и думаю, что теперь самое время сосредоточиться на индивидуальной работе с особенно талантливыми ребятами, уделять им больше времени и внимания. Здорово, когда команда в своем возрасте всех побеждает, но по факту лучше пусть будет одна звезда в команде, потому что эта звезда нужна в основном составе. И я могу сказать, что у нас в каждом возрасте есть минимум один потенциальный игрок для главной команды. 

— Когда в 2010-м спартаковская футбольная школа превратилась в академию, методика подготовки игроков как-то поменялась?

— Мы стали подходить к тренировкам более системно. Никакой тренерской самодеятельности, все строго по разработанной программе, хотя, конечно, футбол развивается и в программу тоже вносятся изменения. Плюс обязательное медицинское сопровождение, питание, полная аналитика. 

— В Европе есть несколько футбольных школ, чьи системы подготовки считаются особенно эффективными. Например, академия «Аякса» — ее воспитанников в лучших европейских чемпионатах больше всего. Там практикуются более широкие возрастные группы, у младших нет деления на амплуа, а тренеры регулярно меняются командами…

— Да, тренерская ротация там доходит даже до ненормальности — тренеры у детей меняются чуть ли не каждый месяц. Мы тоже хотели менять каждый год, но поняли, что каждый тренер силен в работе с определенной возрастной группой. Поэтому 2-3 года он работает с одним возрастом, а потом мы его меняем. Кроме того, мы смотрим, как у тренера развиваются игроки — если прогресса нет, то надо что-то предпринимать.  

— Другие принципы футбольной подготовки «Аякса» в «Спартаке» используют? Или, может, вы ориентируетесь на другой пример? 

— Нельзя сказать, что мы взяли какую-то конкретную модель. Мы были во многих академиях — в Голландии, в Испании, в Англии. И везде подмечаем какие-то полезные детали. При этом колоссальной разницы в тренировочном процессе между европейскими школами и «Спартаком» нет. Вот, например, 1,5 года назад у нас проводили спортивный аудит представители «Аякса», и они тоже не заметили каких-либо существенных различий в подготовке. Тем более даже в «Аяксе» методика со временем меняется. Кроме того, в Европе есть свои особенности законодательства и менталитета. Например, у нас в детских школах не могут играть легионеры, а условный «Аякс» или «Партизан» такими правилами не ограничен — и собирает всех лучших. Или проблема родителей. На Западе есть четкое разделение ответственности: если я отдал ребенка тренеру, значит я ему доверяю. Мама с папой пришли на игру, поаплодировали и продолжили обсуждать свои темы. У нас же некоторые родители считают, что разбираются в тонкостях тренировочного процесса лучше тренера и зачастую негативно влияют на ребенка.  

— Какая школа в Европе показалась вам самой интересной? 

— «Барселона» поразила. Уровень игроков, их обученность, скорость выполнения упражнений. И особое внимание, которое уделяют младшим возрастам. Там спокойно используют игроков на разных позициях, совершенно не обращая внимание на счет в матче. А в России это основной губительный момент детского футбола — все заточено под турнирный результат. Мы стараемся убрать слово «результат» из процесса. Ориентируемся на то, чтобы вырастить индивидуально сильных, разносторонних игроков, готовых играть по различным тактическим схемам. 

— После перезагрузки спартаковской футбольной школы прошло уже больше 7 лет, но своих воспитанников в составе главной команды почти нет. Почему? 

— Еще рано оценивать результаты. Хотя и за это время довольно много воспитанников привлекались в основу — Антон Митрюшкин, Денис Давыдов, Зелимхан Бакаев, Игорь Леонтьев, Артем Самсонов и другие. Хороший шанс сейчас получили голкипер Александр Максименко, защитник Николай Рассказов, полузащитник Михаил Игнатов. Но академия — это только начало. Следующий шаг — создание вертикали «школа — молодежный состав — «Спартак-2» — основа». Раньше многие игроки просто не успевали дорасти до основы, а промежуточной команды для них не было: и ребята либо заканчивали, либо уходили в другие клубы. Теперь вертикаль работает. Кроме того, нынешние тренеры молодежной команды и «Спартака-2» — из академии, всех ребят очень хорошо знают. И сейчас сильнейший 2001-й год рождения на подходе. Не стоит забывать и о наших воспитанниках в сборных страны всех уровней. К примеру, в костяк молодежной сборной входят 9 выпускников Академии «Спартак». Думаю, это достойный результат.

— Сколько составляет средняя зарплата тренера спартаковской академии? 

—У нас нет средней зарплаты — все тренеры получают одинаково. Эту практику ввел еще Сергей Родионов (генеральный директор ФК «Спартак» — Forbes), когда работал в академии. Раньше бывало так, что все «сливки» получал тренер старших возрастов, а тренеры младших были обделены. Теперь все в равных условиях. И это правильно. В «Спартаке» не самые высокие зарплаты, в некоторых частных и государственных школах получают больше. Но там премии зависят от турнирных результатов, у нас же система мотивации основывается на качестве и количестве подготовленных футболистов. Нам нужны не титулы, а игроки.

Источник:www.forbes.ru/biznes


Добавить комментарий